roman_n (roman_n) wrote,
roman_n
roman_n

Моя злобная колоночка на ФАН



Почему государство занимается молодежными экстремистскими группами — вполне понятно. Его логика такова: лучше дать три года условно сейчас, в 18 лет, чем давать двадцать лет реального срока несколько трупов спустя, как это вышло с «бригадой Рыно».

Но государство заинтересовано в том, чтобы предотвращать реальные преступления, а не воображаемые. И уж тем более не в том, чтобы создавать преступников. А это значит, что работа правоохранителей должна соответствовать некоему стандарту, то есть — закону.

Поговорим о законной стороне дела.

Оперативно-разыскная деятельность в нашей стране (а то, что пытался делать создавший экстремистскую группу оперативный сотрудник органов, называется именно так) производится не абы как, не как бог на душу положит, а в соответствии с законом. Закон предписывает определенные виды оперативно-разыскных мероприятий, ограничивает их, а некоторые вообще запрещает.

Так, статья 5 федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» говорит о том, что «органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, запрещается <...> подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация)». Соответствующий абзац введен Федеральным законом от 24.07.2007 N 211-ФЗ.

По применению данной статьи уже накопилась определенная практика — как в российских судах, так и в ЕСПЧ по российским делам. И практика вполне однозначно говорит: решение о совершении преступления, принятое под влиянием оперативного работника, — это именно провокация, и подобное стечение обстоятельств исключает ответственность.

Я же хотел бы еще добавить, что, по моему скромному — в отличие от Верховного суда и ЕСПЧ — мнению, умышленные действия оперативного сотрудника по вовлечению в преступную деятельность подпадают под действия статьи 303 Уголовного кодекса РФ «Фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности». До семи лет.

Теперь о моральной стороне дела.

Я не знаю, каким ребенком был этот самый оперативный сотрудник, проявивший столь большое служебное рвение. Может, он в детстве кошек мучил. А может, и нет. Не знаю я и то, как он прошел в правоохранительные органы при проверке психопрофиля.

Но я точно знаю одно — он не мог не смотреть в детстве советского фильма «О бедном гусаре замолвите слово». И, конечно же, не мог не запомнить фразу графа Мерзляева (впоследствии Мерзяева): «Дайте мне хоть какое-то поручение, а особым я его сам сделаю».

Схватка за человечину: Роман Носиков о мерзляевых по обе стороны от «Нового величия»
Tags: публикации
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments